UCOZ Реклама
В магазине бытовой техники http://techmarkets.ru продаются малогабаритные холодильники.

Татарское историческое общество

 

В. А. Витязева.
Соборная Мечеть Санкт-Петербурга

В истории строительства на Петербургской стороне у Троицкой площади Соборной мечети - выдающегося памятника архитектуры северного модерна, долгие годы оставалось невыясненным загадочное сочетание дат, начертанных на главном портале: 23 февраля 1910 - 30 апреля 1920. Первая дата относится к официальной церемонии закладки здания. А вторая? Она противоречит времени первого богослужения в конце февраля 1913 года, приуроченного к празднованию 300-летия Дома Романовых и принятому в нашей литературе как время завершения строительства. Таким образом, историки Петербурга считают, что Мечеть построили за три, в лучшем случае - четыре года (1), а даты на портале увеличивают время строительства до десяти лет. Неизвестный до 1995 г. корпус документов Мечети из коллекции научного архива Государственного музея истории религии Российской Академии наук, помог разобраться с хронологическими загадками памятника (2).

 

Соборная Мечеть Санкт-Петербурга

Эти документы возвращают нас к церемонии закладки, приуроченной к 25-летию правления Абдул-Ахат-хана, Эмира Бухарского. Его деятельному участию, высокой культуре, безусловному вкусу мы обязаны появлению в северной столице сооружения, построенного по правилам золотого сечения и наполненного аскетичной духовностью искусства ислама. Геометрическая строгость и монументальность объема здания усилена глубоким насыщенным тоном гранитной облицовки, напоминающей циклопическую кладку стен дворцов восточных монархов. В светлое северное небо ликующим аккордом голубых свеч вознеслись минареты.

Сияние бирюзы майоликовой облицовки сфероконического купола гармонировало с восточным многоцветьем ковровых композиций порталов, обогащенных великолепной изысканностью арабского письма сур из Корана.

Строительству Соборной Мечети, историческому событию в жизни мусульманской общины Петербурга, которая насчитывала к тому времени более 8 тыс. чел., предшествовало завоевание в 1864-1873 гг. Средней Азии, становление Великого хлопкового пути, в котором кровно была заинтересована текстильная промышленность пореформенной России, но одновременно возник и научный, исследовательский интерес к культуре Востока, его вклада в развитие мировой цивилизации. На кафедре истории Востока С-Петербургского университета под руководством В.В.Григорьева были созданы условия для систематического изучения истории Золотой Орды, Туркестана, Хивинского ханства. В ноябре 1884 г. университет совместно с Археографической комиссией отправил в Среднюю Азию доцента кафедры Н.И. Веселовского, который провел там около года: ученый открыл среднеазиатские памятники античной эпохи , но одновременно стал и первым исследователем самаркандского средневекового зодчества. Работа завершилась в 1905 г. изданием первого выпуска атлас"Мечети Самарканда", с этого времени грандиозные сооружения эпохи Тимура-Тамерлана заняли в истории мировой культуры место, аналогичное памятникам мусульманской архитектуры Испании (3). Важность этих работ для петербурской культуры "серебряного века", их общественный резонанс трудно переоценить. Может быть, есть отдаленное сходство с тем римским периодом, когда архитекторы в середине XVIII века стали археологами и перед ними открылся скрытый континент античности, который стал основой для развития классицизма в Англии, Франции, Германии, России. Так и архитектура Востока внесла в европейские города, словно сухой и горячий ветер пустыни, повышенную одухотворенность и монументальность, изысканность орнамента, напряженность духовной жизни человека.

Бухарское ханство в результате военных и политических действий 1864-1873 гг. потеряло Самарканд, но как Хивинское и Коканд, по отношению к туркестанскому генерал-губернатору сохраняло самостоятельность. Сыновья Эмира Бухарского, как и хана Хивы, и дети Шамиля, воспитывались в Петербурге, где их не хотелось бы называть заложниками; они получили блестящее воспитание и образование, были окружены почетом и уважением,а дружба,. возникшая еще между подростками, великим князем, наследником престола Николаем Александровичем, и сыном Эмира Бухарского стала залогом благополучного завершения организационного периода строительства Соборной Мечети Санкт-Петербурга.

Комитет по постройке был сформирован собранием прихожан 5 ноября 1905 г. и утвержден министром внутренних дел П.Г.Столыпиным в январе 1906 г. (4). Он состоял из 20 мусульман, видных государственных, общественных, военных деятелей, купцов и домовладельцев. Организатором Комитета был писатель и публицист, доктор богословия, Ахун 2-го Санкт-Петербургского мусульманского прихода А. Баязитов (1874-1911), редактор и издатель первой в России мусульманской газеты "Нур", председателем Комитета был избран полковник Абдул-Азиз Давлетшин. Комитет получил право на сбор средств в сумме до 750.000 руб. в течение десяти лет на всей территории Российской империи.

Комитет приобрел участок в 4-м квартале Петербургской части на углу Кронверкского пр. и Конного пер. N 9 - 1, принадлежавший инженеру И.Долоцкому. Однако для размещения Мечети одного участка оказалось недостаточно. Михраб, - священная ниша, перед которой стоят верующие,

Интерьер Мечети. Вид Михраба.

должна быть обращена в сторону Мекки, т.е. на юг, в данном случае - к заднему фасаду дома на соседнем участке.

Кроме того, в Мечеть нельзя войти, не совершив особого ритуала омовения, для которого необходимо обособленное здание.

Дом для омовений

17 ноября 1907 г. Комитет получил разрешение на приобретение смежного участка по Кронверскому пр. N 7. (5). На участке с деревянной застройкой был сохранен двухэтажный флигель, где разместились мастерские архитекторов, строительная контора, приемные комнаты Комитета по строительству, а часть сохранившхся квартир, как при прежних владельцах, сдавалась внаем (деньги перечислялись в банк и использовались на строительство Мечети).

Необходимая на приобретение земельных участков сумма - 312.000 руб., была предоставлена Комитету по строительству Эмиром Бухарским. Под патронажем Эмира был проведен архитектурный конкурс, а в дальнейшем велись все проектные и строительные работы . Специально подготовленные Ахуном Баязитовым рекомендации для конкурса (доклад его в Обществе архитекторов назывался "О постройке мечети в Петербурге") были учтены при разработке его программы: наличие в мечети двух ярусов хор, строгость внутреннего убранства, устройство в подвальном помещении дополнительного зала для верующих на время проведения ежегодных общемусульманских праздников.

Для разработки программы конкурса на эскизный проект мечети Обществом архитекторов была избрана особая Комиссия в составе академиков архитектуры А.Н.Померанцева, Л.Н.Бенуа, А.И.фон Гогена, архитекторов Ф.И.Лидваля, А.И.Дмитриева и секретаря комиссии С.В.Беляева. Они составили комиссию судей, куда вошли также три представителя Комитета по постройке, причем один из них - из числа действительных членов Общества Архитекторов. В опубликованной журналом "Зодчий" при объявлении об открытия конкурса программе отмечалось: при проектировании использовать восточный стиль, для облицовки мечети использовать естественный камень, завершение мечети - купол, количество минаретов - от одного до двух, в последнем случае допускалась их разновысотность. В соответствии с требованиями ислама, михраб - священная ниша, должна быть обращена на юг, в сторону Мекки; в декоративном убранстве не допускалось изображение живых существ.

Из других условий отметим следующие:

В соответствии с градостроительными задачами - формирование красной линии уличной застройки, мечеть рекомендовалось разместить с максимальным приближением к Кронверкскому проспекту.

Конкурс заканчивался 28 января 1908 г. Все проекты представлялись под девизами с приложением специальных конвертов с указанием в них авторов. Победителям конкурса назначались четыре премии из общей суммы в 3.000 руб (6).

Итоги конкурса были подведены 11 марта 1908 г. Он стал одним из самых представительных в истории Императорского Санкт-Петербургского Общества архитекторов: всего было рассмотрено сорок пять проектов, первые три премии получили работы известных петербургских зодчих Н.В.Васильева, М.С.Лялевича, М. М. Перетятковича; вторую премию получил проект Н.В.Васильева, представленный под девизом "Арабески" (14). Несколько проектов Комиссией судей были рекомендованы Комитету по строительству к приобретению: "2596, 75", "Самарканд", "Джами" (авторы не установлены) и "Тимур" Я.Г.Гевирца. Соответственно программе конкурса все премированные проекты были ориентированы на использование характерных особенностей средневековых памятников мусульманского зодчества - мавзолея Гур-Эмир в Самарканде (Н.В.Васильев), мечеть Селима в Адрианополе (М.С.Лялевич), мечеть Шахи-Зинда в Самарканде (М.М.Перетяткович) (7). Для строительства Комиссией судей был рекомендован проект Н.В.Васильева, представленный под девизом "Тимур". Его отличительная особенность - предложение автора использовать для облицовки стен - блоки гранита,

Вид центральной части восточного фасада.

в отделке куполов мечети, минаретов, порталов применить майолику, промышленное производство которой началось к 1906 г. в керамической мастерской "Гельдвейн-Ваулин", расположенной в Кикерино под Гатчиной (ныне - керамический завод "Горн") на богатых месторождениях синей кембрийской глины (8). Чтобы исключить произвольность в создании майоликовой декорации, руководитель мастерской, выдающийся художник-керамист П.К.Ваулин командировал в Туркестан художника П.М.Максимова. В результате в Кикеринских мастерских был воссоздан способ изготовления средневековой резной майолики, что способствовало точному в стилистическом отношении следованию прообразу, воспроизведению колорита и духа восточного искусства, расширению опыта в художественной обработке материала (9).

К доработке проекта Н.В.Васильев привлек своих коллег, А.И.фон Гогена, чей высокий авторитет как в профессиональных, так и в правительственных кругах был настоятельно необходим для решения практических и административных вопросов, и архитектора С.С.Кричинского, члена мусульманской общины (предки его - выходцы из польских татар), что для членов Строительного комитета имело принципиальное значение, как и его большой опыт ведения строительных работ.

При детальной проработке проекта Соборной мечети авторским коллективом во главе с Н.В.Васильевым в объемно-пространственной композиции были структурно объединены оба премированных проекта Н.В.Васильева: "... решение плана, трактовка основного массива и продольного фасада намечены вариантом "Арабески". Форма купола и портала, а также минаретов, перемещенных в переулок, общий "самаркандский" характер мечети были предопределены вариантом "Тимур". Кроме того, объем парадного вестибюля с фланкирующими его минаретами с главного, западного фасада, переместили на северный, - это увеличило длину здания с 38 до 47,5 м, минареты расположились по обе стороны входа для женщин. Прихожанкам предназначались хоры (женский балкон), расположенные над вестибюлем на втором этаже, а устройство хор с балконами на третьем этаже позволило отказаться от дополнительного зала для богослужения в полуподвальном этаже здания.(10).

Проект мечети и заявка о выдаче разрешения на производство работы были представлены А.И.фон Гогеном в Городскую управу 14 декабря 1908 г. (11 ). З апреля 1909 г. С.С.Кричинскому было выдано свидетельство на ведение подготовительных работ: разборку деревянных строений, установку забора. Но одновременно, в апреле 1909 г. проект мечети был направлен на экспертизу в Императорскую Академию художеств. В целом проект был одобрен, однако категорическое возражения вызвало избранное для строительства место на Кронверском проспекте, вблизи церкви Св.Троицы - первого из православных Храмов С-Петербурга, поблизости от Домика Петра Великого; эксперты усмотрели в создании здесь монументального нового сооружения угрозу нарушения исторической целостности старейшей части Санкт-Петербурга.

В градостроительной ситуации первого десятилетия ХХ-го века это заключение было оправданным: миниатюрность Домика Петра I, деревянной Троицкой церкви , только что построенного изящного особняка Кшесинской делали монументальность Мечети демонстративно вызывающей: она становилась центром ансамбля, ее минареты и голубой купол были сопоставимы лишь с сиянием золотого шпиля Петропавловского собора.

Как отмечала, освещая визит духовенства и членов мусульманской фракции Государственной Думы к председателю Совета Министров, газета "Речь", находя основательными замечания Академии, П.Г.Столыпин не считал, однако, возможным "взять обратно уже данное разрешение" (12). 8 июля 1909 г. градоначальник К.И.Драчевский уведомил Комитет по строительству о завершении рассмотрения проекта во всех инстанциях, констатируя, что "рассмотрев проект, а равно и отзыв Императорской Академии художеств нашел, что в художественном отношении к постройке мечети по представленному проекту препятствий не встречается.

Вид на Кронверкский проспект с восточного минарета.

В техническом же отношении со стороны Технико-строительного комитета также не встречается препятствий, но с тем, чтобы до приступа к работам, размеры всех конструктивных частей были проверены надлежащими расчетами.

Что же касается проектов фасадов мечети, то таковые по Всеподданнейшему докладу Министра внутренних дел 27 июня сего года удостоились Высочайшего Его Императорского Величества утверждения" (13).

В течение июля - ноября 1909 года были выполнены работы "нулевого" цикла: отрыт и забутован котлован, подведены свайные основания под столбы центрального зала и под минареты, выполнены ленточные фундаменты. Общая стоимость работ - 28.734 руб. 64 коп. В это же время (до 1 января 1910 г.) Н.В.Васильеву, А.И. фон Гогену и С.С.Кричинскому за разработку проекта и составление рабочих чертежей Комитетом было выплачено по 2.500 руб.(14).

Ежегодно (до 1914 г. включительно) Комитет по строительству типографским способом публиковал финансовые отчеты по строительству, сбору пожертвований, состоянию банковских счетов, выплаты подрядчикам. Это - важнейшие документы по истории строительства Соборной Мечети; в научном архиве Музея истории религии РАН, сохраняется и другая документация 1907-1925 гг.: юридически оформленные контракты с подрядчиками, материалы о проведении торгов, выполнении заказов, получении залогов, расчетах с исполнителями. Вводимые в обращение впервые, эти данные представляют исключительную ценность для реставрационных работ, продолжающихся в Мечети до настоящего времени.

Церемония официальной закладки, приуроченная к 25-летнему юбилею правления Эмира Бухарского и его визиту в Санкт-Петербург состоялась 10 февраля 1910 года. На специальном помосте был выстроен павильон в виде шатра, декорированный гирляндами и надписями из Корана. Для церемонии были приготовлены мраморные кирпичи, серебряная закладная доска, серебряные лопатки, раствор (15). В начале церемонии Ахун Баязитов сказал: "Коран говорит: " Бог красив и любит красоту." Мечеть наша будет красивой и послужит славой архитектуре и красой городу. Такой Мечети, какая будет в Петербурге, нет ни в Париже, ни в Лондоне. Мечеть красива, но надо, чтобы она блистала не одной внешней красотой, и надо молить Аллаха, чтобы Мечеть эта совершенствовала нас в духовно-нравственной красоте". Затем Эмиром Бухарским был положен первый камень, состоялся прием депутаций из Москвы, Кронштадта, с Кавказа, от мусульманских приходов столицы. На месте закладки состоялось богослужение, в строительной конторе состоялся торжественный завтрак.

В мае 1910 г. под руководством немецкого архитектора и подрядчика Г.-Ф. Канна начались подготовительные работы к облицовке стен Мечети гранитом. В Финляндии им были арендованы разработки месторождений ковантсарского гранита (для облицовки стен) и светло-серых тиурульских гнейсов (для облицовки минаретов и барабана купола) Эти месторождения в Ковантсари (Карелия) и Тиурула (совр. Ленинградская область), в начале ХХ в. находившиеся на территории Великого княжества Финлядского, ныне не разрабатываются (16). К отбору облицовочных материалов для Мечети Г.-Ф. Канн подходил с глубоким пониманием ансамблевого значения создаваемых возле Троицкой площади новых архитектурных сооружений. Утвержденные архитекторами-строителями образцы облицовочных плит были опечатаны личной печатью Г.-Ф. Канна и хранились в сейфе Комитета по строительству. Во время строительства подрядчики каменных и железобетонных работ наблюдали за своевременным и качественным устройством штроб, пазов, гнезд, введением разнообразной арматуры для крепления облицовочных плит (17). Для скульптурных деталей облицовки - аркатурных поясков, карнизов, медальонов, орнаментальных композиций - предварительно изготавливались гипсовые модели по чертежам авторов проекта.

Из ежегодного отчета Комитета следует, что за это время фирма "Подкова" дважды поставляла партии кирпича (383.910 и 106.340 шт.) Артель подрядчика К.Зилева работала на кладке стен в две смены (этому благоприятствовал период белых ночей), судя по выплатам каменщикам (9.147 руб.), работа была выполнена примерно на одну треть общего проектного объема ; архитектору и поставщику гранита для облицовки стен Канну за поставленный гранит было выплачено 20.300 руб., за железобетонные работы по минаретам инженеру Е.И.Гонцкевичу выплатили 101.166 руб. Фирма "Гунбин и Ко" выполняла гидроизоляционные работы в подвале; гонорар архитекторам составил 6.000 руб. К концу года завершились работы по строительству здания вчерне. На заключительном этапе - во второй половине 1910 г. вместе с каменщиками Зилева работали высококвалифицированные мастеровые Трудовой строительной артели "Большая Нева" (18).

Характерная особенность культовых зданий мусульманской архитектуры - скрытая невысокими парапетами крыша, в условиях влажного и холодного петербургского климата потребовала сложных конструктивных решений кровли, особой геометрии для создания рациональной системы водосброса. Авторы проекта ограничились минимальным необходимым количеством водосточных труб (по одной на каждом из фасадов), причем их трассировка, профили, крепежные элементы не нарушали тектоники и эстетики стены (19).

С окончанием строительного сезона 1910 г., до февраля-марта следующего года (около четырех месяцев) - технологически необходимое время на усадку и просушку здания. Последняя операция выполнялась фирмой "Альфред Шейдт. Гигиеническая просушка новых построек и сырых помещений" с помощью специальных аппаратов, типа кондиционеров. Это позволило в феврале 1911 г. приступить к штукатурным работам.

В 1911 г. было освоено 95.000 руб. (71.000 - поставщикам, 24.000 -подрядчикам). Из наиболее значимых работ отметим монтаж железобетонного купола, начало облицовки гранитом фасадов под руководством Г.-Ф.Канна, были закончены надписи на арабском языке изречений из Корана для украшения фасада - их изготовили в "Первой специальной восточной, артистической и художественной электропечатне" И.Бороганского. Выполненные в масштабе, они передавались затем резчикам Канна для перенесения их на гранитные и мраморные плиты. С 30 октября по договору с А.О.Шульцем началось изготовление "металлических рам для окон и световых проемов по 72 руб. за 1 аршин", все рамы - летние и зимние - изготовлялись по чертежам и рисункам архитекторов, из высококачественного металла, с решетчатыми переплетами.

В августе 1911 г. архитектором Н.В.Васильевым был разработан проект служебного флигеля при Мечети - Дома для омовений. Двуэтажное кирпичное здание вписывалось в "тупой" юго-восточный угол участка, обращенное главным фасадом во внутрений дворик Мечети,к ее западному фасаду. Для строительства Дома для омовений у Комитета по строительству Мечети было несколько причин: необходимость устройства котельной для отопления Мечети, размещение служащих и устройство специальных помещений на первом этаже для омовений, обусловленных религиозной традицией. В сентябре 1911 г. проект был рассмотрен и одобрен Техническим отделением Городской управы (20). Находившийся на участке деревянный флигель был разобран, строительные работы велись в течение строительных сезонов 1911-1912 гг,, отделка Дома для омовений была полностью закончена осенью 1913 г.

Интерьер дома для омовений

В ноябре 1911 г. Комитетом по строительству заключен контракт с О.Гельдвейном на выполнение майоликовых работ по Мечети.

В 1912 г. был выполнен большой объем работ по облицовке гранитнымии плитами фасадов Мечети (выплачено Г.-Ф.Канну 73.255 руб.), вторая артель Канна вела монтаж майоликовой облицовки купола и порталов (за доставленные из Кикерино майоликовые изделия было заплачено 17.000 руб.). Одновременно с продолжением работ по гидроизоляции подвалов, велся монтаж центрального водяного отопления и вентиляции по проекту, разработанному инженерами фирмы "Држевецкий и Езиоранский" (с 1913 г. - фирма "С.Ю.Корсак (бывш. Држевецкий и Езиоранский)". Для перекачивания конденсационной воды в кочегарке, устроенной в подвале Дома для омовений, поставили паровые котлы Корнваллийской системы, с насосом системы "Вортингтон". Нагревательные приборы - крупноформатные чугунные гладкие радиаторы, устанавливались в специальные ниши, закрываемые щитовыми экранами. Во избежание осадка конденсата на стенах Мечети, радиаторы установили под окнами главного купола, в нижней части малого купола, под оками минаретов на площадках для муэдзина. Объем принудительной вентилляции составлял 1 куб.саж. на одного человека, всего - 3.000 куб.саж. Приточная камера была расчитана на нагревание этого количества воздуха до + 18С при наружной температуре -10С. Основная масса воздуха направлялась в гланый зал Мечети. Одновременно фирмой "Чантриль" велся монтаж электрического освещения Мечети.

9 февраля 1913 года Комитет по постройке Мечети получил разрешение Министра внутренних дел на проведение 21 февраля первого богослужения, посвященного трехсотлетию царствования Дома Романовых, "....чтобы предоставить прибывающим в Петербург на эти торжества Эмиру Бухарскому и Хану Хивинскому возможность слушать Богослужение по обрядам своей религии. Храм этот, хотя еше и не закончен постройкой, но уже отапливается и приведен внутри в такой вид, что вполне допускает возможность временного совершения в нем Богослужения" (21).

Из Отчета за этот год известно:

Из работ отдельных исполнителей отметим:

Общая стоимость работ за 1913 г. превысила 104.000 руб. (22).

В 1914 г. были закончены работы Г.-Ф.Канна по гранитной облицовке южного фасада Мечети; в центральном зале завершены работы по майоликовой облицовке михраба; закончен монтаж большой люстры центрального зала Мечети - монументального сооружения из патинированной бронзы, на 80 свечей, выполненной мастерами завода Петроградского арматурно-электрического общества по рисункам Н.В.Васильева в виде плоской орнаментированной чаши, диаметром около 3 м и высотой ок. 5 м, с заполнением молочного стекла, украшенной по бронзовому каркасу арабской вязью изречений из Корана, с 16 парными светильниками, свисавших ажурных чаш.

Большая люстра центрального зала Мечети

Петроградским стекольно-промышленным обществом начата замена временного остекления на постоянное в металлических рамах; закончен настил паркетных полов на втором и третьем этажах, мраморных - на площадках парадной лестницы; завершены штукатурные работы, а подрядчиком К.Смирновым велись работы малярные.

При подведении итогов девятилетней работы Комитета по строительству с 1905 по 1914 гг. отмечалось: всего на счета Соборной Мечети поступило более 700.000 руб., на строительные работы и оборудование истрачено около 660.000 руб. На окончание работ недоставало более 110.000 руб, из них 72.305 руб. за выполненные, но не оплаченные работы (самые большие долги: Артели лепщиков - за изготовление искусственного мрамора для колонн, 10.000 руб.; П.К.Ваулину - за майолику, 5.000 руб.; Стекольно-промышленному обществу - за осветительную арматуру, 12.500 руб.). Около 38.000 руб не хватало для завершения всех работ (23).

С началом Первой Мировой войны ход отделочных работ, естественно, замедлился: сократилось число пожертвований, возросли налоги, многие строители были мобилизованы; с этого времени прекращается публикация цифровых отчетов, единственным источником по этому периоду стали приходно-расходные ведомости из коллекции документов Музея истории религии.

Из них следует, что в 1915 г. фирме "Гельдвейн-Ваулин" было выплачено за майолику 30.000 руб. В сентябре Мечеть открыли для платного осмотра, в том числе - для военнослужащих. В объявлениях говорилось, что деньги необходимы для достройки Мечети. В 1916-1917 гг. продолжались выплаты Стекольно-промышленному обществу (17.500 руб.), Арматурному заводу за осветительную арматуру ( 3.100 руб.), фирме "Гельдвейн-Ваулин" - за майолику (4.500 руб. 20 декабря 1916 г., и 4.000 руб. - 20 декабря 1917 г.). По-видимому, декорирование порталов велось из заготовленных ранее материалов, т.к. 1915 год был последним в истории керамического производства "Гельдвейн-Ваулин": с 1916 г. на заводе наладили выпуск снарядов для фронта, а в 1917 г. в огне пожара погибло все оборудование и производство было ликвидировано (24). По этим причинам майоликовая отделка интерьера не была закончена; сохранившиеся авторские проекты позволяют, в принципе, воссоздать ее в процессе реставрации интерьер Мечети: бирюзовые изразцы в отделке конхи над михрабом, фриз из стилизованных цветов на барабане купола, антаблементы колонн и пилоны центрального зала должны быть украшены разнообразными плетенками, волновым орнаментом, концентрическими кругами.

В конце 1917 г. завод "Сан-Галли" изготовил чугунную решетку для ограды. В 1918 г. продолжались работы по замене временного остекления на постоянное (оплата счетов Стекольно-промышленного общества 10 апреля - 4.000 руб., 10 сентября - 4.500, 19 октября -5.000 и 10 декабря - 40.000 руб.). В конце года расчетные счета Соборной Мечети в Азовско-Донском и Волжско-Камском банках были арестованы Совнаркомом, все работы прекратились.

Регистрация Советской властью мусульманской "двадцатки" в Петрограде была приурочена к 30 апреля 1920 года, когда с одного из важнейших мусульманских праздников месяца Рамадан в Соборной Мечети начались регулярные богослужения. В течение 1920-1921 г. из Бухары в Петроград был доставлен большой тавризский освященный ковер ручной работы для центрального зала - последний подарок Эмира Бухарского; площадью около 400 кв.м, ковер, расстеленный на полу молитвенного пространства (паркетом отделать пол центрального зала так и не успели) был важным элементом ритуального убранства интерьера Соборной Мечети.

Сохранилось обращение в Совнарком от имени Строительного Комитета от 17 мая 1921г. (по-видимому, С.С.Кричинского), с просьбой "...разрешить двум членам Комитета по строительству Мечети проезд в Финляндию для приемки выполненных работ, необходимых для окончания постройки; работы эти были заказаны еще до войны и ныне закончены. Без получения и приемки этих строительных частей постройка до сего времени не может быть закончена."

Совнарком это дело передал на распоряжение А.В.Луначарского, о чем известил 7.5.-21 строителя Мечети архитектора С.С.Кричинского. По полученным частным сведениям этот вопрос А.В.Луначарским разрешен в благоприятном смысле, но официального ответа до сего времени не получено" (25). Повидимому, речь шла о гранитных блоках для крыльца портала для женщин и цоколя металлической ограды по периметру участка. Крыльцо соорудили в конце 1921 г. Чугунную решетку ограды (изготовленную заводом "Сан-Галли" еще в 1916 г.) установили на гранитный цоколь на кирпичном фундаменте в 1923 г. Автор ее - С.С.Кричинский. Позднее вдоль ограды, окружая внутренний дворик Мечети, высадили деревья - клены, липы, вязы, березы, и кустраниковые - сирень, акации, шиповник.

В беспощадном омуте событий сплелись судьбы людей и зданий: еще в 1914 г. ушел из жизни Александр Иванович фон Гоген, в 1919 г. Николай Васильевич Васильев с женой уехал в Крым к архитектору Юрию Федоровичу Стравинскому, затем - в эмиграцию. Около Мечети остался лишь Стефан Самойлович Кричинский. Есть основания предполагать, что в 1923 г. он был расстрелян вместе с наиболее активно сопротивлявшейся режиму частью "двадцатки" мусульманской общины Петрограда.

В 1924 г. была проведена оценка, опись и конфискация части имущества Мечети. В июне 1940 г. богослужения были прекращены, здание передано Ленгорздравотделу под склад медицинского оборудования. В 1941 г. архив Мечети поступил в органы госбезопасности по Ленинграду и Ленинградской области.

Многочисленные обращения верующих ленинградской общины в послевоенные годы, а к началу 1950-х гг. она насчитывала 15.000 человек, ходатайства лидеров международного освободительного движения, Президента Индонезии доктора Сукарно, премьер-министра Индии Джавахарлала Неру возымели действие, и в 1955 г. здание Мечети было передано Религиозному Обществу Мусульман. 18 января 1956 года богослужения в Мечети были возобновлены. Архив Мечети в 1966 г. передан Музею истории религии и атеизма (Казанский собор) - ныне, Музей истории религии РАН (научная обработка архива велась в 1995-1996 гг). В 1968 г. здание Соборной Мечети Решением исполкома Ленгорсовета N 1049 поставлено под государственную охрану как памятник архитектуры. С 1956 г. по настоящее время Соборная Мечеть используется мусульманской общиной С-Петербурга как религиозно-образовательный центр, где совершаются богослужения, изучают Коран, арабский и татарский языки.

Нынешнее состояние здания Соборной Мечети характеризуется рядом утрат и перестроек. В 1924-1928 гг. из имущества Мечети были изъяты и переданы в Антиквариат большой ковер, четыре бронзовых фонаря, три люстры, мебель. В 1930-е, 1950-е, 1970-е гг. неоднократно видоизменялась конструкция крыши, причем нарушена ее геометрия, изменена авторская система водосбора и водосброса, установкой дополнительных, круглых в сечении водосточных труб нарушена тектоника фасадов, в результате ухудшилось техническое состояние гранитной и майоликовой облицовки. В 1940-х гг. деревянные двустворчатые резные двери северного и восточного порталов были заменены на металлические. К 1950-м годам относятся утраты фрагментов майоликого орнамента в нижних частях северного и восточного порталов. В 1956 г. были разобраны части принудительной, низкого давления отопительно-вентилляционной системы (т.н. корнваллийской) и устроено центральноеводяное отопление.

Совокупность этих причин и их следствий привели к прогрессирующему разрушению гранитной, и особенно майоликовой облицовки. В 1984-1987 гг. облицовка купола была полностью снята, 12 изразцов были сданы на хранение в фонды Государственного музея истории Ленинграда (с 1991 г.- Гос.музей истории С-Петербурга) (25) , проект реставрации выполнен 9-й мастерской института ЛенНИИпроект под руководством А.Г.Лелякова . В мае 1984 г. вокруг купола были установлены строительные леса, снятые лишь в 1996 г., когда специалистами треста "Леноблреставрация" была завершена замена майоликовой облицовки купола и минаретов на облицовку из технического фарфора. При этом изменились как технические, так и эстетические характеристики здания, геометрия купола и минаретов не соответствует авторскому замыслу...

Безусловно, реставрация столкнулась бы с меньшими проблемами, если бы документальные материалы по истории строительства Мечети были введены в научное обращение своевременно, и реставраторы могли бы в полной мере использовать опыт своих предшественников. До сих пор, однако, строительная история Соборной Мечети Санкт-Петербурга не вышла из начальной фазы изучения. Принятая для Мечети как памятника архитектуры дата строительства 1910-1913 (1914) гг. в результате последних исследований может быть существенно уточнена: разработка проекта велась в 1907-1909 гг., начатые в 1909 г. строительные рабоы систематически велись до 1918 г., отделка интерьера осталась незавершенной, заключительные работы датируются 1921 г. Предлагаемая датировка 1909-1921 охватывает и события, отмеченные датами на портале: церемониала закладки здания в

1910 году и начало богослужений зарегистрированной в советское время общины 1920 года. Можно было бы дополнить их еще одной датой - 1956 год, возвращения Мечети мусульманской общине Санкт-Петербурга.

Примечания

  1. Памятники архитектуры Ленинграда. 4-е изд., Л., 1975, с. 468;

    1. Архитекторы-строители Петербурга-Петрограда начала ХХ века. Каталог выставки. Авторы-составители В. Г. Исаченко, Б.М.Кириков, С.Г.Федоров, А.М.Гинзбург, Л., 1982, сс. 31, 45, 80;

    2. Аминов Д.А. Соборная Мечеть в С-Петербурге. СПб, 1991; повидимому, этому же исследователю принадлежит брошюра "Минареты над Невой", анонимно изданная в конце 1980-х гг.;

    3. Кириков Б.М. Ориенталистские и нордические черты в архитектуре Соборной Мечети С-Петербурга // Петербургские Чтения - 95, СПб, 1995, сс. 181-184. Автор впервые ввел в научный оборот даты "1909-1920", никак не объясняя, что же происходило между 1913 и 1920 гг. ;

    4. Архитекторы-строители Санкт-Петербурга середины XIX - начала ХХ века. Справочник. Под общей редакцией Б.М. Кирикова. СПб, 1996, с. 69;

    5. Коренцвит В.А. Соборная Мечеть в Ленинграде. Л., 1972, рукопись, научно-методический кабинет КГИОП, пам. N 442, инв. N Н-1619/1.

  2. За любезно предоставленную мне возможность ознакомиться с материалами архива Мечети, храняшщимися в ГМИР РАН выражаю глубокую благодарность директору ГМИР С.А.Кучинскому и старшему научному сотруднику отдела Востока, кандидату исторических наук Т.А.Стецкевич.

  3. Лебедев Г.С. История отечественной археологии 1700-1917 гг. СПб, 1992, с. 194.

  4. РГИА, ф. 821, оп. 133, д. 554; там же, оп. 8, д. 717, 719.

  5. ЦГИА СПб, ф. 513, оп. 136, д. 259.

  6. "Зодчий", 1907, N 45, сс. 467-468.

  7. "Зодчий", 1908, N 15, с. 135-136. Проекты опубликованы в Приложении к журналу: 1908 - XXXVII, л. 6 - 13. См. также: Лисовский В.Г. Мастер школы национального романтизма./ "Строительство и архитектура Ленинграда", 1975, N 4, сс. 42-44.

  8. Литвинова Ж.П. Искусство вечных красок. Уроки творчества художника - керамиста П.К.Ваулина. / "Строительство и архитектура Ленинграда", 1976, N 8, с. 40.

  9. Фролов В. Майолика. Цвет и жизнь. / "Музей и город. Российский журнал искусств", тематический вып. N 2, СПб, 1993, с. 87.

  10. ЦГИА СПб, ф. 513, оп. 102, д. 7956

  11. ЦГИА СПб, ф. 513, оп. 136, д. 259

  12. Газ. "Речь", 1909, 12 июля, N 188.

  13. РГИА, ф. 1293, оп. 105, д. 37

  14. Краткий цифровой отчет Комитета по постройке Соборной Мечети за 4-й год его деятельности. СПб, 1908.

  15. Минареты над Невой, б/а, б/д, с. 6.

  16. Булах А.Г. , Абакумова Н.В. Каменное убранство главных улиц Ленинграда, СПб, 1993, с. 91-93; Приложение I, с. 156.

  17. РГИА, ф. 1102, оп. 2, д. 497.

  18. ГМИР, научный архив, Коллекция документов Соборной Мечети, выплаты за строительные материалы и работы с мая 1909 по янв. 1910 гг.

  19. За квалифицированную консультативную помощь в этом вопросе благодарю искуствоведа Т.С.Данилову.

  20. ЦГИА СПб, ф. 513, оп. 137, д. 900.

  21. РГИА, ф. 821, оп. 133, д. 554.

  22. Краткий цифровой отчет Комитета по постройке Соборной Мечети в С-Петербурге за 8-й год его деятельности (с 1 января 1913 по 1-е января 1914 года), СПб, 1914.

  23. Краткий цифровой... за 9-й год его деятельности. СПб, 1915.

  24. Фролов В. Цит. соч., с. 90.

  25. ГМИР, Коллекция документов Мечети, Справка в Исполком Петроградского райсовета, 1921 г., 2 л.

  26. Коллекция ГМИ СПб, Фонд архитектурных деталей. Блоки изразцовые с купола Мечети, инв. N 329039/1-6, 329040/1-6. Поступили из Мечети по Акту N 709-I от 17 ноября 1987 г.

Фотографии В. Ф. Егоровского, 1995-96 гг.

Опубликовано в Либеральном журнале Peter-Club.

 

 

Hosted by uCoz