UCOZ Реклама
Юрист Уфа

Татарское историческое общество

Казанское ханстве глазами татарских ученых начала XX века

Айдар ХАБУТДИНОВ

В начале XX века даже либеральРЅные ученые обычно подчеркивали неРЅполноценность неевропейских наРЅродов, ведь, в соответствии со схеРЅмой Гегеля, Восток был лишен возРЅможности развития. Взятие Казани в русской историографии традициРЅонно рассматривалось как победа динамично развивающегося хрисРЅтианского Запада над костным десРЅпотическим мусульманским ВостоРЅком. Однако в 1905 г. японцы доРЅказали всему миру, что экспансия Запада может быть приостановлена. По утверждению отца джадидизма И. Гаспринского, мусульмане ЕвроРЅпейской России и Сибири составРЅляли чуть ли не десятую часть росРЅсийской армии в Маньчжурии. ОднаРЅко среди мусульман Туркестана, тогРЅда не призывавшихся в армию, хоРЅдили слухи, что японцы являются муРЅсульманами шафиитами и истинныРЅми защитниками религии Ислама. В глазах некоторых солнце вновь начиРЅнало всходить на Востоке...

Уже в первые дни советского реРЅжима, 20 ноября 1917 г. председаРЅтель Национального Правительства -Милли Идарэ Садри Максуди в речи при открытии Миллет Меджлисе -Национального Собрания вступил в полемику с европейскими филоРЅсофами, утверждавшими, что время тюркских народов и, особенно тюрок в Европе, безвозвратно прошло1. Поэтому столь актуальным стал опыт последнего из тюркских мусульманРЅских государств края - Казанского ханства. Причины поражения этого государства, как и причины пораРЅжения революции 1905-1907 гг. стаРЅли предметом тщательного анализа. С результатами этих размышлений была ознакомлена не только нациоРЅнальная элита, но и через школьные учебники, посвященные истории тюРЅрок и татар, и учащиеся джадидских учебных заведений. Замечательно, что при этом татарские "властители дум" концентрировались не на опиРЅсании бедствий войны и не на проРЅклятиях победителям, а на причинах поражения своих предков.

Начало 1910-х гг. стало для татар периодом расцвета учебной истоРЅрической литературы, что не могло не вызвать профессионального интеРЅреса миссионеров и цензоров. В 1912 г. был создан "Обзор учебРЅников, принятых к употреблению в татарских конфессиональных школах (мектебах и медресах) и изданных большей частью за последние три года" (издан в 1917 г.), Его авторы попытались проанализировать приРЅчины изменений, произошедших в национальном самосознании татар. Так, тюрколог Н. Ф. Катанов констаРЅтировал, что "новометодным татаРЅрам нужна... история новая, основанРЅная на точных и беспристрастных данных, какие видим только в ЗападРЅной Европе"2. Я. Д. Коблов писал, что до недавнего времени татары вполРЅне удовлетворялись мифическими поэмами. С 1905 г. они активно пиРЅшут и переводят "труды по общей истории, истории русского государРЅства, национальной истории казансРЅких татар (Казанского и Болгарского царств). Наибольшее внимание выРЅзывает история местного края, татарРЅской национальности, Болгарского и Казанского царств". Я. Д. Коблов усматривал две основных тенденции, определяющие развитие национальРЅной истории:

1) Попытка самостоятельной наРЅучной разработки.

2)Подъем  национального чувРЅства. Причем основной целью, по его мнению, является исследование наРЅции, чтобы "выяснить прошлое, какое значение... имела в прежнее время, и что ожидается в будущем, наметить вехи для этого будущего, чтобы не затеряться   среди   других   народРЅностей   и   сохранить   свою   самоРЅстоятельность", то есть создание концепции национальной истории3.

Здесь, по сути, указана основная причина, вызвавшая небывалый взрыв интереса к национальной исРЅтории, как к истории государственРЅности - стремление создать стабильРЅные основы развития для национальРЅного организма. Именно эту роль играли Постановления 111 ВсероссийРЅского мусульманского съезда в 1906 г., а позднее в 1917г. сыграет Конституция национально-культурРЅной автономии.

Принадлежность к государственРЅности, выражающая чувство единРЅства всех членов нации, лежит в осРЅнове западной (гражданской) конРЅцепции нации. Именно юридические права западная концепция считает интегральными для своей модели. Основным элементом является "чувРЅство юридического равенства среди членов этого сообщества". При этом "нации должны занимать компактРЅные, четко определенные территоРЅрии. Этой территорией является "исРЅторическая земля", "родина" или "коРЅлыбель", которая может не совпаРЅдать с местом реального проживаРЅния"4. Для татарского общества конРЅца XIX Р§ начала XX века такой терриРЅторией стали земли Казанского ханРЅства. Как подчеркивает историк Эрих Хобсбаум: "Национализм, утверРЅдившийся в качестве стандартного варианта национальной идеологии и программы, имел, как правило, терРЅриториальный характер"5.

К тому же, в западной модели национальной идентичности "нации рассматривались как культурные соРЅобщества, чьи члены были объедиРЅнены, если не стали гомогенными, общей исторической памятью, миРЅфами, символами и традициями"6. Именно на этой основе базируются все легенды о преемственности с Казанским ханством и самая преРЅкрасная из них - цикл легенд о Сююмбике.

Родоначальником истории тюркРЅских ханств региона, включая и поРЅследнее из них - Казанское, стал Шигабетдин Марджани. Не случайРЅно, что в 1915г. Рашид Ибрагим оцеРЅнил Марджани, прежде всего, как создателя истории татарских госуРЅдарств и их правителей, которые остались лишь уже в покрывшихся пылью рукописях7. До этого ни улемов с их "Таварихы Булгария" ("ИсРЅтория Булгара"), ни преподавателя Казанского университета Ибрагима Хальфина с его историей Чингиз-хана и Тамерлана история Казани не привлекала.

По справедливому мнению современного американского историка Юлая Шамиль оглу: "взгляды, вперРЅвые появившиеся в трудах МардРЅжани, были целиком приняты в соРЅвременных исследованиях по генеРЅзису и истории казанских татар... Различные темы, подчеркнутые Марджани, такие как внутренние расРЅпри как основная причина падения древних государств, таких как КазанРЅское ханство, стали частью общего исторического сознания рядовых каРЅзанских татар"8.

Ш. Марджани называет две приРЅчины крушения ханства: внешнюю (наступление России) и внутреннюю (отсутствие внутреннего единства). Но чуть позднее он говорит только о внутренней причине, как о причине падения Ордынского государства и обвиняет наехавших из других муРЅсульманских государств нобилей (феодалов) в защите только своих благ за счет интересов государства. Ш. Марджани характеризует эпоху Казани как время упадка наук и проРЅсвещения9. Именно он заложил в целом весьма критический взгляд на историю Казанского ханства, котоРЅрый продолжал господствовать всю первую четверть XX века.

Следует отметить, что "Мустафад аль-ахбар" был первым трудом по татарской истории, использовавРЅшимся в качестве учебного пособия в джадидских школах, и почти единРЅственным в первое десятилетие XX века. В 1906 г. он был включен в проРЅграмму преподавания мусульманРЅских школ ("Образец учителям"), изРЅданную газетой "Казан мухбире" и в программу Карима Ханафиева10.

Симптоматично, что история КаРЅзанского ханства не находит отраРЅжение в трудах такого классика наРЅциональной историографии как Ха-сан-Гата Габяши: ни в "Муфассал та-рих кавме тюрки" ("Подробная исРЅтория тюркского народа"), ни в"Мох-тасар тарих кауме тюрки" ("Краткая история тюркского народа"), ни в "Тюрек ыруглары" ("Тюркские роды")11. Это происходит несмотря на то, что в первой работе достаточРЅно подробно анализируются образ жизни, способ правления, экоРЅномика, религия и культура булгар12.

Историк и будущий лидер башРЅкирской автономии Ахмад-Заки Валиди в "Кыскача тюрек вэ татар та-рихы" ("Краткой тюркской и татарРЅской истории") в 1912 г. разбирает историю ханской Казани фактически только в свете ее постепенного поРЅглощения со стороны Московского государства13.

Эти пессимистические настроеРЅния нашли свое отражение в класРЅсическом труде Хади Атласи, посвяРЅщенном средневековой Казани. МулРЅла, лишенный указа за политическую деятельность, депутат разогнанной императором II Государственной ДуРЅмы от татарских аграрных социалисРЅтов ("думачылар"), он получил срок за критику существующего режима. Описывая последние годы ханской Казани, во время правления хана Шахгали, Атласи пишет, что сами каРЅзанцы были причиной поражения, так как наносили вред своей религии и нации, откровенно продавая их. По словам автора: "Этот обычай осталРЅся в наследство и современным татаРЅрам"14. С негодованием X. Атласи пишет о посольствах казанцев в МосРЅкву с п росьбами изгнать Сафа-Гирея, о клятвах верности великому князю, о двукратном смещении хана и поРЅпытках передать его в руки великого князя. Последним истинным героем ханской Казани у Атласи выступает Сафа-Гирей, постоянно воевавший с Русью. Хан откровенно говорит каРЅзанской знати, что она сама привоРЅдит русских в Казань15.

Критика татарских ханов и турецРЅких султанов и высокая оценка госу дарственнической политики русРЅских князей носят у X. Атласи абсоРЅлютно обоснованный характер. В осРЅнове любой политики, по Атласи, должна лежать защита государства, нации и религии. Ордынские ханы-чингизиды, как и византийские имРЅператоры, ставили в основу своей политики личные интересы. Они безРЅдумно раздавали собственные земРЅли. Крымские ханы видели в Москве союзника в борьбе с Большой ОрРЅдой. Турецкие султаны высокомерно считали московское государство не заслуживающим внимания. НаобоРЅрот, русские князья постоянно заниРЅмались сбором земель и не вступаРЅли в конфликты, не обеспечив себе превосходства16.

Таким образом, именно в политике московских князей и преданРЅности русского народа своим правителям Х. Атласи видит образец для подражания. Он указывает, что если русские безоговорочно выполняли распоряжения своих князей, то таРЅтары не принимали во внимание приРЅказания ханов. Казанцы всячески ограничивали власть своих ханов17. В случае недовольства они готовили переворотили искали помощи в МосРЅкве. Поэтому судьба ханства пеРЅрешла в руки русских18. X. Атласи рассматривал национальное единРЅство, готовность нести жертвы во имя своей государственности и госуРЅдаря как основные достоинства.

Однако было бы неверным думать, что критика X. Атласи была направлена на отказ от традиций гоРЅсударственности вообще. Она носила совсем другую цель            предостережение от былых ошибок. Как соРЅциалист - '"тангчы", а затем депутат Миллет Меджлисе X. Атласи был стоРЅронником единства всех слоев татар во имя национальной автономии, которая должна была перейти от экстерриториРЅальных к территориальным формам. Идеи X. Атласи о необходимости единРЅства мусульманских тюркских народов и внутреннего сплочения самих татар, потребности в планомерной и постоРЅянной защите интересов нации и реРЅлигии, актуальности реформ и проРЅгресса, при всей своей кажущейся проРЅстоте, были и задачами современного ему татарского общества. На негативРЅном примере Казанского ханства X. Атласи предостерег современников от повторения былых ошибок, приведших к потере государственности.

Главным в концепции X. Атласи было превращение именно Казани в центр нации, как сакральный, так и современный. В докладе Казанского Комитета по делам печати за 1908 г. утверждалось: "Казань... является центром просвещения мусульман всей восточной России: татары всеРЅго Поволжья именно от Казани ожиРЅдают решения или освещения мноРЅгих вопросов их культурной и релиРЅгиозной жизни"19.

Роль Казани как исторической столицы нации вначале получила оформление в литературе. В 1910 г. в хрестоматии "Яна кыйраат" ("Новое чтение") Г. Тукай в тексте "город Казань" определил место Казани для татарской нации. Он писал, что "этот город был столицей нашего ханства три с половиной века назад. В этом городе до сегодняшнего дня сохраРЅнился минарет мечети, заложенный казанской хан-бике (женой хана) Сю-ембике". Теперь Казань - - это центр науки, создания книг и книРЅгопечатания. Здесь находятся больРЅшинство редакторов (мухаррир). ТуРЅкай утверждает, что все российские мусульмане ждут почина казанцев для начала больших дел20.

Таким образом, Казань, в глазах Тукая, одновременно и сакральное место, и источник современного разРЅвития. Реальная Казань приобретает сакральные мифологические черты вечной столицы татарской нации. Габдулла Тукай предлагает новую для татар концепцию исторической родиРЅны или колыбели. Советский режим в постсталинскую эпоху превратил ТуРЅкая в икону, вытравив истинное содерРЅжание его идей, но понимание им чувств и настроений среднего слоя татарского общества до сих пор не имеет аналогов. Восхищение перед Казанью - "былым престолом" ханов великий поэт пронес через всю жизнь. Его преклонение перед Казанью моРЅжет сравниться с чувствами Роберта Бернса по отношению к Эдинбургу, где спустя столетия вновь заседает парламент Шотландии.

В 1913 г. татаристское направРЅление получает теоретическое обосРЅнование в исторической науке и четРЅкую связь с определением нации. Молодой историк Габдельбарри Баттал в статье "Определение нации" указывает, что татары являются отРЅдельным народом, образовавшимся из волжских булгар и пришедших из Азии татар в XV веке. Основателем татарской традиции в истории он наРЅзывает Ш. Марджани21.

Под влиянием идеи единой тюркРЅской родины - Турана, заимствоРЅванной из книги Леона Коэна "ВвеРЅдение в историю Азии"22, фокус таРЅтарских ученых сосредотачивается на истории единства тюркских наРЅродов, которое существовало в доисРЅламскую эпоху Тюркских каганатов. Вторым периодом тюркского единРЅства является история империи ЧинРЅгиз-хана.

В 1915 г. отец тюркизма Юсуф Акчура, тогда профессор СтамбульРЅского университета, также под влияРЅнием трудов Коэна разработал слеРЅдующую периодизацию тюркской исРЅтории:

1) Древний период: древняя тюркская цивилизация до монгольРЅского завоевания.

2} Средний период: объединеРЅние тюркских народов в Империи Чингиз-хана и его преемников.

3) Новый период: государства, возникшие при распаде Империи Чингиз-хана.

4} Современный период: нациоРЅнальное пробуждение тюркских наРЅродов в современную эпоху23.

Таким образом, основной акцент в изучении истории тюрок переноситРЅся на эпоху их могущества, а не падеРЅния их государств как в эпоху Казани. В методологическом плане именно Ю. Акчура призвал сосредоточиться на периодах преобладания центросРЅтремительных, а не центробежных тенденций в истории тюркского мира. В условиях движения за новую интегРЅрацию тюркских народов опыт КазанРЅского ханства с его внутренним расРЅколом и отсутствием прочных союзов с другими тюркскими государствами представлял отрицательный пример. В 1906 г. тогда еще российский гражРЅданин и член первого состава ЦК партии кадетов Юсуф Акчура с гоРЅречью писал на страницах газеты "КаРЅзан мюхбире", что ханы Орды управРЅляли своими государствами с конскоРЅго седла, а не вдавались в проблемы государственного строительства.

В конце 1913 г. журнал "Анг" поРЅместил анкету для молодежи, посвяРЅщенную перспективам развития таРЅтарской нации. В своей анкете Галим-джан Шараф, тогда студент КаРЅзанского реального училища, утверРЅждал: "национализм, как в настоящей жизни народа, так и в истории, имел громадное значение: процветание или падение государства в больРЅшинстве случаев происходило от проРЅцветания или падения национальных чувств". По вопросу ориентации татар он придерживался следующего мнеРЅния: "мы-татары, мы-северные тюрРЅки, мы - тюрки, мы приняли религию Ислама, находимся в подданстве РосРЅсии... Национализм должен принудить быть, прежде всего, татарином... и только после этого... вообще челоРЅвеком". Г. Шараф рассматривал наРЅционализм как массовое движение, объединяющее всех членов нации. Принадлежность к нации не должна была сводиться ни к религиозной, ни расовой, ни государственной принадРЅлежности. В его глазах национальная принадлежность должна превалироРЅвать над всеми ими24.

В 1917-1918 гг. в основу конРЅцепции Идель-Урала была положена идея Штата как территориального наследника Казанского и АстраханРЅского ханств, основанного на соРЅчетании территориальной и нациоРЅнально-культурной автономии сосРЅтавляющих его народов. Поэтому исРЅтория государственности приобрела особую актуальность в период обРЅсуждения вариантов создания Идель-Урал Штата. 3 января 1918 г. на сессии Миллет Меджлисе от имеРЅни Коллегии Урало-Волжского ШтаРЅта (КУВШ) Галимджан Шараф выстуРЅпил с докладом о планах создания территориальной автономии. ПерРЅвым тезисом его речи было утвержРЅдение, что "как знают большие спеРЅциалисты по государственному праРЅву: "сколько на земле существует наРЅций, на такое количество государств они должны разделиться". В своем выступлении Г. Шараф ссылался на такие образцы государственности тюркских народов как тюрки Стило-хона в V веке, тукью в VI веке, госуРЅдарство Чингиз-хана в XIII веке, а такРЅже государство булгар и Казанское ханство, на территории которых расРЅполагаются современные татары. Г. Шараф заявил, что из разрозненных по разным губерниям представитеРЅлей нации необходимо создать отРЅдельный штат25. Таким образом, на территории былой государственносРЅти ее потомки должны были создать новое государство, хотя бы в форме субъекта федерации. Стоит отмеРЅтить, что именно Г. Шараф являлся и сторонником переговоров с СоветсРЅкой властью, и автором карт Идель-Урала, Татаро-Башкирской СоветсРЅкой Республики и Автономной ТатарРЅской Советской Социалистической Республики. Для него наличие государственности на преимущеРЅственно тюркских мусульманских территориях бывшего ханства было первичным по сравнению с формой данной государственности.

4 января 1918 г. от имени фракРЅции тюркистов - сторонников тюркРЅского единства выступил Гаяз Ис-хаки. По его мнению, при создании Штата необходимо было ориентироРЅваться на его экономическую жизнь: основной артерией Штата должна стать Волга. Оратор считал, что при такой постановке проблемы процент мусульманского населения в Штате не является основным фактором. ПоРЅэтому Исхаки высказался за вклюРЅчение в Штат Самарской губернии. Необходимость такого решения он аргументировал получением выхода к Турции через Азербайджан и ТурРЅкестан, а также получением порта в устье Волги и выхода к Каспийскому морю. На замечание о нереальносРЅти такого решения, Исхаки предлоРЅжил провести референдум и, в слуРЅчае несогласия населения, оставить претензии на Самарскую и АстраханРЅскую губернии26. Таким образом, Г. Исхаки предлагал вернуться к геоРЅполитическим реалиям времен до паРЅдения Казани и Астрахани и выступал за обеспечение не только железРЅнодорожного (через Оренбург), но и морского сообщения (через АстраРЅхань) с мусульманскими государстРЅвами.

20 ноября 1917г. Садри Максуди во вступительной речи обосновал роль Миллет Меджлисе и автономии для судеб нации. Он говорил, что после уничтожения государства его оставшиеся члены забыли о том, что они жили как нация, и лишь остались в живых. "Теперь северные тюрко-татары объявляют всему миру о своРЅем существовании". С. Максуди наРЅпомнил собранию об исторической роли тюркских государств Газневи-дов, Чингиз-хана и Тамерлана. В заРЅключение речи Максуди призывал не повторять ошибок предков, которые стремились до предела расширить свои государства, что и привело к их падению27.

Следовательно, и в 1917-1918 гг., на сессии Миллет Меджлисе нациоРЅнальные лидеры и (или) ученые, а депутатами Миллет Меджлисе были также X. Атласи, Г. Баттал, весьма критически оценивали опыт Казанского ханства, но подчеркивали неРЅобходимость восстановления терриРЅториальной автономии.

Последним историком, анализиРЅровавшим историю ханской Казани в русле джадидской традиции, был член КУВШ Газиз Губайдуллин, в 1917-1918 гг. - председатель Всероссийского Союза Тюрко-татарских учителей и член. В 1922 г. вышло первое издание "Татар тарихы" ("ИсРЅтория татар"). Г. Губайдуллин факРЅтически повторяет версию Ш. Мар-джани о том, что представители нобилетета постоянно делились на группировки и враждовали. Эти парРЅтии боролись за все, что угодно, кроРЅме независимости Казани и интеРЅресов государства28.

Таким образом, анализ истории Казанского ханства в татарской истоРЅриографии Нового времени начат трудами Ш. Марджани. Он первым подчеркнул преемственность струкРЅтуры внутренней борьбы в Казанском ханстве развитию в Золотой Орде в период ее распада. Основная отРЅветственность за распад государства вплоть до Г. Губайдуллина возРЅлагалась на нобилитет. Однако X. Атласи возложил ответственность фактически на все население татарРЅской Казани. В глазах Ю. Акчуры в целом эпоха Казанского ханства явРЅлялась частью эпохи упадка тюркских государств под влиянием, как поРЅлитических, так и экономических факторов (упадок Великого ШелкоРЅвого пути). Для молодых радикалов и социалистов образ ханской Казани в лице хан-бике Сюенбике стал симРЅволом исторической колыбели нации и возрождения надежд на восРЅсоздание территориальной автоноРЅмии. В 1917-1918 гг. в основу конРЅцепции Идель-Урала была положена идея Штата как территориального наследника Казанского и АстраханРЅского ханств, основанного на сочеРЅтании территориальной и национальРЅно-культурной автономии составляюРЅщих его народов. При этом восстаРЅновление тюркской мусульманской государственности на территориях бывшего Казанского ханства было первичным по сравнению с формой данной государственности.

 

Литература:

1. Хабутдинов А. Ю. Органы национальной автономии тюрко-татар Внутренней России и Сибири в 1917-1918 гг. - ВоРЅлогда, 2001.-С. 26; Его же. Формирование нации и основные направления развития татарского общества в конце XVIII -начале XX веков. - Казань, 2001. - С. 194 -218.

2. Обзор учебников, принятых к употреблению в татарских конфессиональных школах (мектебах и медресах) и изданРЅных большей частью за последние три года. - Казань, 1917.-С.11-15.

3. Там же. С. 31-32.

4. Smith A. National identity.- Reno,1993.- Pp.9-13.

5. Хобсбаум Э. Век империи: 1875Р§1914. - Ростов н/Д, 1999.Р§С. 217.

6. Smith A. National identity. - Reno,1993.- Pp.11-12.

7. Мэржани.Р§ Казан, 1915.Р§С. 485Р§496.

8.   Schamiloglu   U.   The  formation   of  Tatar   historical consciousness: Sihabaddin Marcani and the image of the Golden Horde//CentralAsianSurvey.-1990.-Vol.9.- N2.- P. 47.

9. Мэржани Ш. Мустафад аль-ахбар фи ахвали Казан ва Болгар. Р§ Казань, 1887. Р§С. 117-118;  (издание 1989 г. С. 158-159).

10. НАРТ.Ф.1.ОП.4.Д.957.Л.31.

11.  Габаши Х.-Г. Мохтасар тарих кауметюрки. Р§Казан, 1907;Егоже. Муфассал тарих кауме тюрки. Р§ Казан, 1909; Терек ыруглары.Р§-Казан, 1912.

12.  Габэши Х.-Г. Муфассал тарих кауме тюрки. Р§ Казан, 1909.-С. 123-144.

13. Цит. по.: Вэлиди А.-З. Кыскачатереквэтатартарихы. -Казан, 1992.- С. 123-129.

14. Атласи h. Казан ханлыгы//Себер тарихы. Соенбикэ. Казан ханлыгы. Р§Казан, 1993.Р§С. 352.

15. Там же. С. 319.

16. Там же. С. 204, 244-245, 280

17. Там же. С. 254.

18. Там же. С. 294.

19. Чернышев Е. И. Восточная печать в эпоху реакции XX века // Известия общества археологии, истории и этноРЅграфии при Казанском университете. Р§ Казань, 1925. Р§Т. XXXIII.Р§Вып.1.- С. 106.

20.Тукай Г. Янакыйраат.-- Казань, 1910.-С. 55.

21.  Баттал-Троиский Г. Миллэтне билгелуе // Мектеп.-1913.-N6.-C. 149- 150.

22.  Баттал Г. Татар тарихы. Р§ Казан, 1912; Вэлиди Рµ.-3. Терек вэ татар тарихы.- 1 нчеж,езья.Р§ Казан, 1912; Габэши Х.-Г.   Мохтасар тарих кауме тюрки. Р§ Казан, 1907; Его же. Муфассал тарихы кауме тюрки. Р§ Казан, 1909; Терек ыругРЅлары.Р§ Казань, 1912.

23.  Georgeon F. Aux origines du nationalisme Turc: Yusuf Akcura (1876-1935). - Paris, 1980. - Pp. 51-52.

24. Перевод цит. по: НА РТ. Ф. 199. Оп. 1. Д. 949. Л. 9-10, 14.

25. Тормыш.-1918. - 5 января.

26. Тормыш.-1918.-9января.

27. Тормыш.-1917. -22 ноября.

28.  Цит. по; Гобэйдуллин Г. Тарихи сэхифэлэр ачылган-да.Р§ Казан, 1989. Р§С. 123.

В основу статьи положен доклад: Хабутдинов А. Ю. КазанРЅское ханство в концепции государственности татарского обРЅщества конца XIX - начала XX вв. // Казанское ханство: АктуРЅальные проблемы исследования. Р§Казань, 2002.

Опубликовано в журнале Р»Идельв•— (№ 12,2002 г., стр. 26-30)

 

 

  ╠хфшЎшэёъшщ ърсшэхЄ яхЁхфтшцэющ С€ ьюсшы№э√щ СЌСЂ срчх ртЄюсєёр

Hosted by uCoz